Конный рейд по посевным агрегатам

VK VK VK VK

Из книги Владимира Никитина «Обратный ледоход»

Была ранняя весна. Распутица отрезала отделения от центральной усадьбы совхоза. И в конторе потеряли представление, как в реальности идет подготовка к севу. Я вызвался провести комсомольский рейд по отделениям. Секретарь парткома одобрил это намерение. В совхозной конюшне нам выделили пять лошадей, способных ходить под седлом. А я собрал своих активистов – двух шоферов, заведующего клубом, механика сельхозмашин – и посадил их на коней. Все они с детства немало поездили верхом, но почти никто не знал седла, в том числе и я. Казалось, впереди нас ждала роскошь верховой езды. Но очень скоро всадники почувствовали все коварство седла для неподготовленного кавалериста. Отмахав пятнадцать километров до первого отделения, мы едва сползли с лошадей на землю и некоторое время ходили враскорячку. А предстояло обскакать еще два отделения, то есть дать круг в общей сложности в пятьдесят километров.
Не скажу, какие из нас получились проверяльщики техники. Но управляющие всерьез отнеслись к нашей миссии. Они подробно рассказали нам о подготовке прицепных машин и провели по стройным рядам агрегатов. Мы особенно не вникали в качество ремонта, но наверное, наш рейд все же оказал какое-то психологическое воздействие на механизаторов. Такого еще не было, чтобы готовность к полевым работам проверял летучий комсомольский «эскадрон». Во всяком случае, через неделю в районной газете появилась хвалебная заметка о нашем кавалерийском походе. И он отложился в сознании жителей совхоза как достойная акция комсомольцев и их молодого вожака…
После рейда мы по крайней мере сутки не могли прийти в себя. В местах, откуда, как говорится, ноги растут, оказались ссадины, болело все тело, не привыкшее к такой длительной тряской езде. Но ребята были довольны. Все-таки правильно замечено, что молодость требует выхода энергии, и ее бывает полезно направить на дела, в которых, на первый взгляд, нет большой необходимости. Молодых занимать надо! Иначе они могут увлечься не тем.
Вскоре мне удалась еще одна акция. В совхозном клубе появился новый музыкальный руководитель, и у меня получилось «под него» заронить в душу директора Георгия Николаевича Гузаревича идею покупки инструментов для настоящего оркестра. Он тоже загорелся ею и однажды обрадовал меня: мол, удалось выбить в области лимиты для безналичной покупки «музыки», завтра в Оренбург идет колонна машин за комбикормом, есть смысл воспользоваться этой оказией и привезти оркестр. И пригласил меня в эту поездку.
Она оказалась тяжелой. Была в разгаре зима, в этот год – особо снежная. Дороги занесло так, что даже не было смысла их чистить, потому что это создавало эффект снегозадержания. Валы, которые оставлял за собой бульдозер, каждый раз заносились снегом, отчего дороги утопали в высоком насте.
Гузаревич дал команду бить трассу по чистому полю. Бульдозеру здесь легче было справиться со снежным покровом. Но в результате дорога нередко ложилась по бороздам мерзлой пашни, и мы ехали на автомобилях как по стиральной доске. Пятьдесят километров до асфальтированного Илекского тракта преодолевали несколько часов, а всего поездка длилась двое суток. Одну ночь на обратном пути мы провели вместе с водителями в какой-то мазанке в селе Студенном. По сути дела на ногах, без сна. И это было привычным для шоферов.
Но инструменты для эстрадного оркестра все же доставили в совхозный клуб. Георгий Николаевич лично отбирал их в магазине, при этом не скупился.