Летит степная кобылица среди седого ковыля.

VK VK VK VK

Вот и настала пора, когда человек, изгнавший из природы диких копытных, теперь прикладывает недюжинные усилия, чтобы вернуть их в исконную среду.
Благодаря прогремевшему на весь мир проекту по возрождению в Оренбургских степях популяции лошади Пржевальского, этих редких животных теперь можно увидеть в государственном заповеднике «Оренбургский» (пятый заповедный участок «Предуральская степь») и в стационаре степных животных «Оренбургская Тарпания», принадлежащем Институту степи УрО РАН, находящихся на границе Беляевского и Акбулакского районов.

Степь рождалась под копытами животных
В будущем году исполнится 5-лет, как у нас реализуется этот проект.
Пятый заповедный участок «Предуральская степь» расположился на шестнадцати с половиной тысячах гектарах. В течение трёх лет краснокнижные лошади Пржевальского были завезены в заповедник тремя партиями из Франции и Венгрии. Теперь ожидается очередное поступление животных.
«Оренбургская Тарпания» — коллекция степных копытных, также состоящая из лошадей Пржевальского, а ещё и тибетских киангов, верблюдов, яков. Учёные там работают над проектом поддержания разнообразия местных ландшафтов.
— На базе «Оренбургской Тарпании» проводятся научные исследования по сохранению сообществ завезённых копытных, — рассказал директор Института степи УрО РАН, академик Александр Чибилёв. — Ведётся мониторинг изменений в степных экосистемах, ученые анализируют условия произрастания устойчивых травостоев и выпаса, изучается спектр питания животных, ведь степной ландшафт сформировался под копытами лошадей Пржевальского, сайгаков, верблюдов, бизонов и полностью вымерших тарпанов. Благодаря развитию проекта наблюдается более продуктивная экосистема в пределах стационара. Территория удобряется копытными, разрыхляется, обогащается устойчивой растительностью. В планах расширение пастбищного участка, предоставленного в долгосрочное безвозмездное пользование.
Александр Александрович рассказал, что в будущем выпуск животных в дикую природу был бы возможен при условии проведения большой просветительской работы среди населения. Браконьерство – одна из проблем на этом пути, другая проблема – близкая граница с Казахстаном.
— Кстати, там, как и в Монголии животные обитают в полувольных условиях, территории для этого отведены большие, — сообщил Александр Александрович. — Тем не менее, копытные находятся под контролем, все чипированы (это необходимо, чтобы отслеживать их передвижение). Краснокнижные виды даются учёным недешево, поэтому пятый участок заповедника «Оренбургский» «Предуральская степь», как и «Оренбургская Тарпания» пока огорожены, животные находятся под контролем.

Как тысячи лет назад
Осенью «Предуральскую степь» и «Оренбургскую Тарпанию» посетили учёные, съехавшиеся в нашу область со всех степных регионов России, а также из стран ближнего и дальнего зарубежья.
Для многих из них посещение пятого заповедного участка стало первой возможностью наблюдения за лошадью Пржевальского в условиях, приближённых к вольным.
Руководитель «Центра реинтродукции лошади Пржевальского» в заповеднике Татьяна Жарких опекает лошадок с начала реализации проекта. Не только разбирается в их поведенческих особенностях, но и вникает в причины внутритабунных конфликтов.
— Когда поступила первая партия лошадей из города Монпелье, расположенного на юге Франции, вместе со взрослыми особями к нам прибыл и жеребёнок по кличке Паприка, — рассказывает Татьяна Жарких. — Вначале он опекался своей мамой – кобылой Сангрией, но теперь Паприка — взрослый 4-летний жеребец. И присутствие молодого соперника в табуне стало нежелательным для зрелого жеребца по кличке Авен. Поскольку лошади Пржевальского – животные коллективные, Паприка пытался добиться доверия у главы семейства. И всячески выказывал ему покорность, периодически склоняя голову. Но как только Авен отворачивался, Паприка не упускал случая поухаживать за кобылками. Наконец лимит доверия был исчерпан, и Авен изгнал Паприку во взрослую жизнь. Молодой жеребчик несколько дней пребывал в печальном одиночестве, издалека наблюдая за соплеменниками, издавая жалостные звуки, похожие на плачь. Сотрудники заповедника помогли ему обрести новую семью. Паприку приняли в другой табун. Сегодня в «Предуральской степи» три табуна. Один возглавляет Авен, второй – жеребец по кичке Макос и третий – Помпаш.
Пока мы слушали увлекательный рассказ, на наших глазах произошёл не шуточный конфликт двух жеребцов. Светлый Арига вступил в схватку с вожаком табуна. Отчаянное противостояние соперников немедленно привлекло внимание соплеменниц. Кобылки с любопытством поспешили в гущу событий и с неподдельным интересом стали наблюдать за происходящим. Пару минут длился бой, а потом вояки разошлись, как ни в чём не бывало, и испанские страсти сменились нежностями. Одна из лошадок подошла к жеребцу, а он прижался головой к её шее и замер.

Тарпания – открытие для Чака
А дальше мы поехали в «Оренбургскую Тарпанию». Если говорить о первой лошади Пржевальского, которая впервые за почти полтора века была возвращена в наши степи, то это произошло именно здесь. В 2014 года из Московского зоопарка привезли кобылку по кличке Сашенька. Потом поголовье пополнилось, и Сашенька подарила Тарпании двух жеребят – Степаниду-Росинку и Оргошу.
А летом 2018-го из Ростовского зоопарка прибыл жеребец Чак. Его обменяли на самку тибетского кианга Фею, рождённую здесь от Тибета и Тери.
Сотрудники Института степи УрО РАН тогда пригласили меня понаблюдать за уникальным событием – выпуском из разных вольеров на просторы Тарпании Сашеньки и Чака.
И вот настал волнительный миг воссоединения новичка с соплеменниками. Сашеньку завели в конюшню, соединяющуюся тоннелем с другим загоном, в котором находился Чак. Степанида-Росинка и Оргоша начали издавать тревожное ржание, прислоняя голову к закрытым дверям, бить копытами оземь, призывая маму вернуться. Рыжая красотка буквально влетела в вольер с Чаком и вмиг проявила свой горячий характер. Возмущенно зафыркала. При попытке Чака познакомиться, отчаянно била его задними копытами. А он, как истинный рыцарь, терпеливо отходил в сторону. Однако, не смотря на крутой нрав соплеменницы, любопытство брало верх, и он снова пытался наладить общение.
Александр Чибилёв с коллегами Дмитрием Грудининым, Олегом Скрипниченко и другими сотрудниками Тарпании принялись быстро разбирать ограждение, чтобы лошади Пржевальского вышли на просторы свободного вольера. Животные заволновались. И как только проход был открыт, ринулись на волю.
Впереди была она! Как неукротимая стихия! В Тарпании за четыре года Сашеньке уже всё знакомо.
Но тут раздались голоса её детей, кобыла дёрнула ушами и повернула назад, помчавшись мне навстречу. Опытные работники Тарпании вовремя среагировали и, преградив дорогу преданной мамаше, направили лошадку к ручью Сазан.
На просторах уникальные животные немного умерили свой пыл. Сашенька не стала медлить и показала новичку, кто здесь главный.
По-хозяйски смерила вольным бегом территорию, и многозначительно пошла к водоёму.
Чак замер от неожиданности. Он ведь никогда не видел столько воды. А она грациозно вошла в ручей и, погрузившись в него по самые плечи, перешла вброд. Чак издал тревожное ржание и, тяжело дыша, забегал вдоль берега, взывая к соплеменнице вернуться назад. Он подходил к самой воде и удивленно смотрел на это непонятное текучее явление.
Кобылка же тем временем вволю проявляла женский характер, словно нарочно проверяла нервы новичка на прочность. Около часа прогуливалась на другом берегу под лучами утреннего солнца, блистая своей золотистой шкурой, заходила под знакомый летний навес, ощипывала траву. А потом, видимо, в знак милости, снова перешла ручей, но уже не проявляла агрессии. Как гостеприимная хозяйка Тарпании помогла адаптироваться Чаку к новым условиям обитания. И к вечеру того же дня они оба шагнули в воду и перешли русло глубокого ручья Сазан вброд.
Так началась новая жизнь лошади Пржевальского по кличке Чак. Жизнь в «Оренбургской Тарпании», где когда-то свободно паслись десятки тысяч его сородичей.
Но и кроме лошадей Пржевальского в Оренбургской Тарпании обитают тибетские кианги невероятной красоты и яки со свисающей до земли шерстью и рогами, как у мифических коров. Одни верблюды чего стоят? Огромный, как гора, бактриан Кара-Бура и маленький белый верблюжонок Умка.
Во время очередного визита в «Оренбургскую Тарпанию» мне особенно уделила внимание повзрослевшая верблюдиха Кара-Гуль. Она вначале обнюхала моё лицо, а потом положила голову на плечо и замерла. Попутно я угостила её бананом, и так мы долго стояли с ней, слушая звуки свистящего степного ветра, мелодию совершенной Природы.
Яна Юрьева
Фото автора
На плашку:
Александр Чибилёв: «Сейчас в «Оренбургской Тарпании» зимние заботы: сено заготовили, водяную скважину поменяли. Зимой ручей Сазан замерзает, а кианги пьют воду исключительно из подземных источников, ручейная вода их не устраивает. Благодарны нашим попечителям, которые на протяжении всего времени не перестают поддерживать «Оренбургскую Тарпанию»».

Ещё около 200 лет назад в степях Южного Урала водилось два вида диких лошадей – тарпан и лошадь Пржевальского.