Прорывная «новация» – в повышении эксплуатации

VK VK VK VK

Страна протестует

Прорывная «новация» – в повышении эксплуатации

Обосновывая свою пенсионную реформу, президент впал в противоречие. Если в 1947 году правительство СССР отменило карточки на продукты питания, то обосновало это восстановлением предприятий, разрушенных фашистами. А потом неоднократное снижение цен на промышленные товары – уже ростом экономики. Но в аргументации Путина мы видим обратную логику.

В середине 90-х годов, говорит он, повышать пенсионный возраст было нельзя, потому что «в это время страна столкнулась еще и с тяжелейшим экономическим, социальным кризисом». В середине 2000-х «было категорически нельзя», поскольку, дескать, не позволяла «не окрепшая экономика, с весьма скромными показателями внутреннего продукта».

Ну, а сейчас? Как оценивает президент нынешнее состояние народного хозяйства? Во второй части своей речи он заявляет буквально следующее: «Российская экономика чувствует себя уверенно. В бюджете есть ресурсы для пополнения Пенсионного фонда».

По советской, да и самой обычной человеческой логике, за сказанным должно последовать: поэтому мы значительно повышаем пенсии. Однако прозвучало противоположное: единоросская власть значительно повышает возраст выхода на пенсию. То есть большая уверенность экономики ухудшает социальное положение работников. Добавим: это позволит сберечь на каждом соискателе пенсии, которую он не сможет получать пять лет, около миллиона рублей.

Невольно приходится думать, что тут «что-то не то». Ну, не может же быть, что «экономика чувствует себя уверенно», а платить пенсии вдруг нечем. Куда же уходят доходы от чувствующей себя уверенно экономики? Напомню одно из известных направлений их утечки – к миллиардерам. В 2017 году их число у нас выросло более чем на 25 процентов. По их «поголовью», насчитывающему 38 120 человек, мы на втором месте в мире. Хотя сама экономика на двенадцатом. При этом надо подчеркнуть, что приводимые данные – из ООН-овской статистики, а не нашей ущербной.

Российские мультимиллионеры владеют суммой в 1,2 триллиона долларов. В переводе на рубли 72 триллиона. Им принадлежит 73,5 процента внутреннего валового продукта (ВВП) России. И это еще не считая тайных денег, что направлены в офшоры. Ну, теперь понятно, кто у нас прежде всего получит деньги, сэкономленные благодаря пенсионной реформе?

На рост доходов от самой экономики они особенно не рассчитывают. Ведь за последние 15 лет у нас сократилось производство металлорежущих станков в 7 раз, кузнечно-прессовых машин – в 9, ткацких станков – в 2670 (!), паровых турбин – в 11, бульдозеров – в 29, гусеничных тракторов – в 270 раз и т.д. (Данные журнала «Наш современник»)

И что самое тревожное – наши сверхбогачи, похоже, не связывают свое будущее с Россией. По опубликованным в прессе данным, 60 процентов из них имеют второй паспорт или второе гражданство. А 45 процентов, не стесняясь, ищут возможность уехать на постоянное место жительства в другую страну. Я вовсе не исключаю, что мы вступаем в новый этап ограбления народа за счёт усиления его эксплуатации, выжимания из рабочего люда пота, высасывания крови. Они возьмут с нас по максимуму и помашут ручкой.

С ними соревнуются разрешалы-чиновники. В мировом рейтинге «честности чиновников» наша страна занимает 126-е место из 156. Распространенность коррупции – на уровне африканских стран. На подкуп должностных лиц ежегодно тратятся около двух триллионов рублей. Причем этот коррумпированный слой быстро растет. Сегодня в России уже в два раза больше чиновников, чем было во всем СССР. Разве непонятно, что они будут заодно с завсегдатаями офшорных зон для умыкания народных денег.

То, что деньги отнимают именно у трудового люда, не пустые слова. По данным ООН в России работникам платят только 25 процентов от стоимости произведенной ими продукции, а в США, Европе, Польше, Китае – 50 процентов. Это основная причина бедности народных масс. И, между прочим, одна из причин недополучения взносов в Пенсионный фонд. Обворовывание трудяг породило не только нищету, но и самые настоящие социальные язвы. У нас 4 миллиона бомжей, 3 миллиона проституток, 5 миллионов наркоманов. Россия держит первенство в мире по числу разводов и внебрачных детей, по смертности от самоубийств, от употребления наркотиков.

Разве можно рассчитывать, что отсрочка на целых пять лет выхода ветеранов на пенсию поможет решить эту проблему. Ведь главный финансовый итог продления рабочего возраста – отъём денег, которые многим служили бы прибавкой к небольшому заработку.

К этому надо добавить выжигающую село и малые города оптимизацию: закрыть многие больницы, школы, почтовые отделения, объединяются военкоматы, социальные службы, сельсоветы. Оптимизация усиливает безработицу.

Не надо думать, что все эти соображения высказываются однозначным противником единоросской власти, а потому  они, мол, субъективны, преувеличены. Обратимся к видному российскому экономисту, академику РАН, действующему советнику президента и просто честному человеку, с которым я знаком лично, Сергею Глазьеву.

В интервью газете «Аргументы недели» он прямо обвиняет правительство, что оно хватается за «простые решения». Мол, давайте увеличим пенсионный возраст и будет сбалансированность. А как это повлияет на экономический рост? «Пенсионная реформа не способствует экономическому росту,» — категорично говорит Глазьев. Во-первых, она вызывает социальное напряжение. Во-вторых, реформа не касается 30 миллионов людей, которые вообще не платят пенсионные взносы. В этом вина господина Грефа, навязавшего Трудовой кодекс, который не позволяет работающим защищать свои интересы, то есть заставить работодателей отчислять страховые взносы. Выдавая зарплату в конвертах, они лишают людей надежды на ПФР.

Далее советник президента подтверждает то, что автор этих строк уже привел из ООН-овских источников. На единицу зарплаты наш работник производит в 3 раза больше продукции, нежели в Европе и Америке. «То есть степень эксплуатации труда, — заключает он, — в России самая высокая в мире».

Он признаёт и другое: даже разрушенная наша промышленность работает только наполовину, четверть людей заняты лишь на 25 процентов. (О недогрузке оренбургских предприятий я постоянно слышу и от знакомых рабочих)

Что же получается? Во-первых, своей благостной речью Владимир Владимирович попытался прикрыть нарастающую эксплуатацию трудового люда. Во-вторых, постарался еще раз закамуфлировать разрушение и неэффективность промышленности и сельского хозяйства, которые якобы пошли в рост.

Хочется спросить президента: а где же «прорывы» в экономике, о которых так много говорилось в предвыборные дни? Неужели ограбление стариков и есть те прорывные новации, которые еще недавно сулили Ваши пропагандисты «из каждого утюга»?

Обозреватель «Оренбургской правды»