Россия на опасном пути. Почти американском

VK VK VK VK

Наши интервью

Россия на опасном пути. Почти американском

Взгляд оренбурженки из Нью-Йорка

Встреча Владимира Путина и Дональда Трампа, уже не на бегу, не на полях саммита, а специальная, наконец, состоялась. Почти через два года после того, как Россия якобы «помогла» его избранию. За это время мнимый наш «избранник» немало покуролесил, в том числе и в ущерб РФ. Но вот теперь отношения России и США обретают хоть какую-то определенность, вводятся в пусть зыбкие, но всё же рамки договоренностей и мы можем вернуться к более менее спокойному обсуждению жизни двух стран.

Мы воспользовались для этого приездом в Оренбург нашей американки Ольги Вячеславовны Книжник. Она – моя старая знакомая, дочь директора станкостроительного техникума 80-х – 90-х годов Вячеслава Степановича Книжника. В Оренбурге и родилась, окончила философский факультет ОГУ, аспирантуру Московского госуниверситета. Готовясь к защите диссертации, приняла участие в американском конкурсе имени сенатора Фулбрайта и победила в нем. А это означало поездку на стажировку в самый престижный Йельский университет, где учились Джордж Буш, супруги Клинтон и другие известные деятели США.

Конкурс, конечно, имел свою цель: поискать в России молодые таланты. Но мы, россияне, тогда думали, что это ради взаимопонимания, налаживания связей между двумя странами. Ольга Книжник же видела для себя только одну задачу – реализовать свой научный проект. А он прямо-таки вел в Америку. Как раз в Йельском университете хранился архив немецкого философа- антифашиста Эрнста Кассирера, наследию которого она посвятила научную работу.

После дести месяцев стажировки в США она успешно защитила в МГУ кандидатскую и уже готовилась к преподаванию философии в Москве. Но судьба распорядилась по-другому. Юноша, с которым она познакомилась в первые же дни стажировки, кстати, выходец из России, через два года сделал ей предложение. До этого Саша пять раз приезжал в Россию, в Оренбург ради встречи с Олей. «Сколько я еще буду мотаться через океан», — в шутку прокомментировал он свое решение.

Так Ольга Вячеславовна стала поданной двух отечеств. От российского гражданства она не отказалась. Вхождению в американскую жизнь хорошо помогло знание английского: еще учась в ОГУ, упорная девушка одновременно занималась на инязе педуниверситета. В США Книжник защитила докторскую, сейчас преподает в университете Нью-Йорка.

Мы встретились с ней и ее мамой, ради которой она приехала на родину, в квартире моей дочери – с ней Оля когда-то дружила. Беседовали пять часов. Сегодня я хотел бы обратиться к темам разговора, которые наиболее подходят для сегодняшнего момента.

Жизнь у Ольги Вячеславовны сложилась вполне благополучно. Она много рассказывала о том, что американцы доброжелательно приняли ее, русскую, в свою среду, помогли ей адаптироваться в чужой стране. Но когда я задал вопрос о социальной обстановке, доктор философии стала говорить как истинный ученый.

– Контрасты я увидела еще в Йельском университете. Бросилось в глаза, что в нем учатся в основном богатые белые. Сюда стараются принимать детей бывших выпускников с лидерскими способностями, из известных кланов-носителей политического капитала и соответствующего менталитета.

А весь обслуживающий персонал – черные. Им сложно выдержать соревнование с белыми. Не потому, что у них меньше прав, а в силу социального положения, недостатка средств для получения высококачественного образования, отсутствия связей во властных элитах (то, к чему идет и наша бывшая советская страна – авт.)

Сами американцы, правда, считают, что живут в пострасовом обществе. Особенно утвердилось это мнение после избрания президентом Обамы. Он провозгласил, что в Америке достигнуто реальное равноправие граждан. Многим очень хотелось с этим согласиться.

Но последовавшее вскоре избрание президентом Дональда Трампа поколебало уверенность, будто межнациональное согласие в самом деле стало реальностью. В Америке заговорили, что черным дали слишком много прав и с этим надо разобраться. Сейчас расовые отношения, можно сказать, обострились. Не только потому, что после Обамы к власти пришла другая политическая элита. Обострение вызвали и жёсткие действия полиции, которая во время акций протеста чаще арестовывала цветных. С появлением сотовых телефонов у протестующих появилась возможность фиксировать стычки с копами и предъявлять в суде доказательства превышения ими своих полномочий. Полицейские от этого не пострадали – Фемида, как правило, оправдывает их. Но народ как бы получал дополнительное свидетельство несправедливости, и это настроило многих на протесты.

А как получилось, что Обама, такой вроде бы миролюбивый и демократичный, в свое время объявивший перезагрузку отношений с Россией, в конце концов испортил отношения с нами, спровоцировал войну на Ближнем Востоке и в Ливии?

         — Думаю, тут сыграла негативную роль Хилари Клинтон. У госсекретаря в США очень большие полномочия в международной жизни. Будучи настроенной не в пользу России, она нанесла немалый вред нашим отношениям. Демонстративно провоцировала российскую власть, опять-таки демонстративно поддерживала оппозицию (не левую, конечно, а либеральную – авт.)

Оля, Вам, гражданке двух отечеств, видимо, непросто определить свое отношение к противостоянию стран. Чью сторону Вы обычно выбираете?

         — Бывают разные ситуации. Как правило, оцениваю их и с патриотических, и с демократических и общегуманистических позиций…

— А что думаете о сегодняшнем положении в России?

         — Иногда мне кажется, что страна выбрала опасный путь. Можно сказать – почти американский. В России власть определяет олигархия, от нее зависят здесь многие решения…

В Америке свои политические проблемы. Многие считают, что она даже переживает кризис демократии. В чем он? Реальная власть принадлежит не столько всему народу, сколько двум политическим элитам. Они по очереди сменяют друг друга у руля государства и не всегда выражают интересы масс. На последних президентских выборах обозначилась, было, третья сила – ее представлял социалист Сандерс, который был претендентом на роль кандидата. Но его отодвинули в результате сговора внутри демпартии, и альтернативы не получилось. А молодежь Америки была, между прочим, за него.

Но все же существующая двухпартийная система имеет большие плюсы. Равный политический вес, хорошее финансовое обеспечение, одинаковый доступ в СМИ позволяет партиям чистить друг друга. Это прежде всего делает более эффективной борьбу с коррупцией. Хотя не скажу, что она побеждена. История с губернатором штата Иллинойс, торговавшим креслом Обамы, тому лишнее подтверждение. И все же в США есть механизмы борьбы с злоупотреблениями властью.

Спасибо, Ольга Вячеславовна, за искреннюю беседу.