Игорь Хавторин: «Как в гостинице «Баку» будут размещать квартиры?» (Видео)

VK VK VK VK

Расшифровка фрагмента программы «Персонально ваш»  на радио Эхо Москвы в Оренбурге от 20 июня 2019 года.

Ведущий: Леонид Уварчев.

Гость: депутат Оренбургского городского Совета от КПРФ Игорь Хавторин.


— Последний раз выступая на заседании городского Совета, вы обратили внимание, что под маневренный фонд хотят передать гостиницу «Баку».

— Да.

— Вы все-таки проголосовали за это решение. В целом за изменение бюджета и выделение 50 млн рублей на проектно-сметную документацию. Вы для себя определили, что так будет лучше, или как?

— Я голосовал за те деньги, которые дополнительно дают в бюджет. Я не мог проголосовать против. Почему? Потому что городу эти деньги нужны. Это очень огромная сумма. Понятно, что в ней сидят эти 50 млн рублей. Понятно, если бы у меня была возможность проголосовать за эти 50 млн, я бы проголосовал против.

— Только слушателям объясним, что эти 50 млн сейчас не из области выделялись, это сейчас ушли в дефицит.

— В дефицит, да. Но если бы я проголосовал по этому вопросу против, то я проголосовал бы против того, чтобы область дала городу 2 млрд рублей, понимаете? Меня бы здесь не поняли. Мне бы сказали: «Вы что здесь творите? Нам дают 2 млрд, а вы отказываетесь?». А по поводу гостиницы «Баку», у вас здесь, по-моему, прокурор сказал, что для него это было вообще новостью, когда я об этом сказал, я думаю, что это было новостью для большинства сидящих в зале. И я, задавая этот вопрос, может быть, вы помните, как я его сформулировал, до конца не был уверен, что это правда.

— Да.

— Я случайно абсолютно узнал эту информацию. У меня даже в голове не могло уложиться, что мы опять можем вернуться к гостинице и опять туда продолжать закапывать деньги. Туда уже сейчас закопали, по подсчетам говорят, около 300 млн рублей?

— Я даже боюсь определить, какая конкретно стоимость.

— Ну, то есть там за 250 млн, по-моему, купили, каждый год по 12 млн рублей, прокурор сказал, уходит на ее содержание, отопление там и все прочее, потом мы неоднократно выделяли деньги на проектирование, и сейчас снова отдаем 50 млн туда.

— И снова на проектирование.

— То есть опять на какое-то проектирование. У меня здесь другой вопрос, я же Кулагину задал этот вопрос, о том, что обязательно надо учесть мнение жителей, которые там живут. Потому что там сзади есть двор, и двор принадлежит жителям. У этого дома шесть этажей, огромное здание, как минимум там будет жить 120 семей. Куда они поставят машины, и куда их дети выйдут гулять? У них двора нет. Это во-первых. Во-вторых, я не знаю, чье это было решение сделать здесь маневренный фонд, но однозначно здесь надо поговорить со специалистами, с архитекторами. Есть такое понятие — инсоляция — юг-север. И это здание имеет коридорную систему. Мы в нем были. То есть один вход…

— Как гостиница.

— Как гостиница, да. А по инсоляции у нас в квартиру солнце должно поступать в северные окошки. Но если у нас посередине коридор, то квартиры, которые выходят на север, — это ровно половина квартир, они никогда не будут иметь достаточного количества солнца, которое придет к ним. Почему у нас дома в основном ориентир делают восток-запад? Чтобы в окна падал свет со всех сторон, когда солнце вокруг дома обходит.

— То есть вы считаете, что по проектированию это снова может не подойти, как и с гостиницей?

— Я, как проектировщик, считаю, что да. Я не понимаю, каким образом…

— Нормы там какие-то нарушаются или нет?

— Если сделают дом длинный, если сделают два-три подъезда, тогда мы сможем сделать ориентацию квартир, когда одна комната будет выходить на юг, одна на север. Все. Тогда соблюдаются нормы строительные. У нас должна быть обязательная экспертиза. Экспертиза никогда не примет дом, у которого окна выходят на север. И я не совсем понимаю, как там будут размещать квартиры маневренного фонда, если половина окон будет выходить только на север. Эта техническая сторона многим непонятна.

— Но под поликлинику хотели же реконструировать.

— Поликлиникам можно.

— То есть можно, да?

— В любом общественном здании это разрешено.

— То есть сейчас под поликлинику сделать проще, чем под маневренный фонд, так получается?

— Я не говорю, что проще. Я говорю, что по нормам поликлинику сделать там можно, а жилье я не представляю себе сейчас возможным. Либо придется его целиком переделывать. То есть ломать там коридорную систему, делать там два подъезда, три подъезда. Но тогда это будут такие деньги, что проще новый дом рядом построить под маневренный фонд.

— Сейчас, по вашему мнению, нужно выделить деньги опять под маневренный фонд или под поликлинику? Что лучше? Я пытаюсь понять вашу позицию. Потому что многие сейчас не знают, что под поликлинику выделили уже достаточно средств, насколько я понимаю.  

— Но вы знаете,  я скажу, что это помещение под поликлинику тоже не подходит. Мне так кажется, как проектировщику. Под маневренный фонд, под жилье оно тоже не подходит.

— Тогда что? Гостиницу там сделать?

— Нет, нет. Не надо гостиницы делать. Я бы пошел, знаете, по какому пути — сделать там административное здание. У нас очень много всевозможных управлений, разбросанных везде по городу. То же самое управление образования. Они сидят и в одном, и во втором, и в третьем, и в четвертом месте. Действительно его отремонтировать, для этого не надо много денег. Оно уже с отоплением, коридорная система, удобно. Сделать это административным корпусом. В принципе месторасположение неплохое.

— Перенести туда администрацию Оренбурга.

— Не Оренбурга. Частично разные управления. А те помещения, которые высвободятся, — продать их, реализовать, сдать в аренду. Это было бы, наверно, более правильно.

— Деньги потратили впустую? Или то, что сейчас из этого что-то получится, это уже какой-то результат?

— То, что купили, я считаю впустую.

— Александр Куниловский, который вчера стал заместителем председателя Законодательного собрания, нам в интервью сказал, что персональную ответственность за нереализацию проекта первоначальную никто не несет. Вам кажется, кто-то должен нести за это ответственность? Может быть, не персональную? Может быть, депутаты городского Совета, которые принимали решение? Или депутаты Законодательного собрания, которые выделяли деньги под это?

— Это сколько лет назад было?

— Это 2012-2013 годы.

— 2012 год, то есть это было семь лет назад.

— Предыдущий состав городского Совета.

— Еще три года, и срок давности уже пройдет. Уже привлечь даже никого не привлечешь. Но на самом деле мы же все прекрасно знаем. Как на любом базаре есть два — продавец и покупатель, как говорят, два дурака. Один продает, другой покупает. Нам известны оба лица. Что мы с вами ищем сейчас виноватого? Вот они.

— То есть вам кажется, что (продавцом был, насколько я помню, банк «Русь», покупателем выступала больница городская) по закону как-то они так делали…

— Скажем так, город.

— Да, город.

— Вот мы знаем и одного, и второго фигуранта, что нам гадать-то? Все известно. Фамилии известны тоже.