Из списка разрушенного

VK VK VK VK

Теряем заводы и то, что с ними связано…

Если всё не сводить к узенькому мышлению про вред ликёроводочных производств – мол, благодаря им спаивается население, а рассуждать здраво, в рамках культуры потребления и качественного производства спиртных напитков, так каждому понятно: это промышленное направление отлично пополняет казну и чрезвычайно выгодно для города, региона и страны. Все помнят печальную историю Оренбургского ликёроводочного завода и продолжают наблюдать, как ветшает старинное здание, в котором он находился.

Гуляет ветер в окнах и умах

Старинная постройка в Оренбурге, точнее то, что от неё теперь осталось, на улице Чичерина, 1 знакома практически каждому жителю нашего города. Не обратить на неё внимание, всё равно, что слона не приметить. Здание XIX века с зияющими оконными проёмами, многозначительно говорит: пару десятилетий назад здесь произошло очередное преступление против экономики России.

На фоне хладнокровного растерзания десятков оренбургских предприятий, построенных, кстати сказать, в эпоху «застойного» социализма, теперешние заявления буржуазной власти о том, что для решения многих социальных проблем у неё нет денег, кажутся отвратительным лицемерием.

Конечно нет. Откуда же им взяться, если богатейшие заводы разбазарены, растасканы по закоулочкам, промышленность загнана в тупик? Оставшиеся крохи, поступающие в бюджет от единично выживших мастодонтов, и те расползаются по московским закромам…

Для того, чтобы понять, что же мы в действительности потеряли, давайте окунёмся в историю и статистику.

В 1984 году на улице Чичерина, 1 состоялось открытие Оренбургского ликёроводочного завода. Около 28 различных алкогольных продуктов выпускало предприятие под знаком ГОСТ. За исполнением государственных стандартов тогда следили в оба ока. Отступление от нормы вполне реально грозило уголовной ответственностью. Поэтому, покупая алкогольную продукцию, гражданам страны Советов не приходилось опасаться за свою жизнь. И в государственную казну поступали немалые отчисления.

Что же касается лживых выкриков, мол «страна наша всегда была сильно пьющей», так вот вам статистика. В 1980 году на душу населения СССР приходилось в среднем 8,7 литра горячительных напитков. Для сравнения, в ФРГ за этот год на каждого немца приходилось 10 литров алкоголя, в Италии на человека — 13,9 литра. И кто тут, позвольте спросить, пьющий?

Этиловый спирт, как в советское, так и в царское время являлся важным источником пополнения казны. Председатель Экспертного совета по вопросам государственного регулирования производства и оборота этилового спирта Михаил Блинов в статье «История водочного акциза в России» писал: в годы НЭПа налог на алкогольные напитки обеспечивал до 14 процентов всех доходов страны.

И представляете, народ не спился. Советский Союз шёл путём индустриализации, впереди нас ожидали Победа в Великой Отечественной войне, развитие авиации и освоение Космоса…

А поступления налога с оборота алкогольной продукции за 1985 год составляли 33,3 миллиарда рублей! И это учитывая тот факт, что советский рубль был полновесным, не то, что многострадальный российский целковый.

Так было. Ну, а дальше ситуация выкраивалась практически по одному лекалу, изготовленному ельцинскими прихвостнями, предназначенному исключительно для того, чтобы запороть отечественную экономику.

Геннадий ЗЮГАНОВ, председатель фракции КПРФ в Госдуме:

– Мы, коммунисты, ещё 15 лет назад говорили Президенту, что необходимо вернуть государственную монополию хотя бы на производство спирта – хотя лучше бы на всю спиртоводочную промышленность. В царское время монополия давала казне 30–35 рублей из 100, в советское время – 20–25 рублей из 100, а сегодня – только 80 копеек. Деньги, которые могли бы существенно помочь бюджету, оседают в карманах частников».

По одним лекалам

В 90-е завод преобразовали в Общество с ограниченной ответственностью (ООО) с уставным капиталом в 10 тысяч рублей. Многие подобные предприятия тогда перекочевали за здорово живёшь (а точнее за выкупленные у простаков ваучеры) в руки неких частников. Россия допустила глупейший ляп, потеряв государственную монополию на производство этилового спирта. И уже в середине 2000-х (стыдно сказать) наш ликёроводочный обанкротился.

Если где-то за границей поведать (особенно в Китае), будто производство этилового спирта может стать убыточным, нам просто не поверят и в лучшем случае посмеются, а в худшем покрутят пальцем у виска.

Но только в России разрушители народного добра вовсе не считают зазорным выступать в роли этаких антигероев. Потому что для них процветает безответственность, да ещё придумали удобное словосочетание «коммерческий риск» в виде оправдания того, что не поддаётся никакому оправданию. Бывшие владельцы обанкроченных мощных заводов или фабрик, как правило, уезжают из Оренбурга на повышение и потом навешают наш город в качестве почётных гостей.

Чего стоит один завод «Резинотехнических изделий», полностью лежащий в руинах. А бывший руководитель Андрей Шевченко как ни в чём ни бывало наведывается к нам из стольного града, чтобы участвовать в важных правительственных мероприятиях. Из чего следует вывод: всё это происходит с молчаливого (а возможно и не только с молчаливого) согласия власти. У этих людей одни интересы.

И даже здание им не жалко!

Но вернёмся к Оренбургскому ликёроводочному заводу. Первые несколько лет после банкротства, распродажи оборудования, здание на улице Чичерина, 1, являющееся объектом культурного значения, ещё держалось. А потом стали в нём исчезать стёкла, двери, появились некие надписи на фасаде… Наконец прикрыли весь этот позор сегодняшней действительности забором. Но это уж слишком!

Эй, наверху: если уж не предприятие, так хотя бы строение сберегите для истории города! Или подите вон со своих насиженных мест!

В СМИ проходила информация, что более года назад собственник данной постройки уже привлекался к административной ответственности, штрафовался аж на 200 тысяч рублей. Нарушения должны быть устранены до конца 2019-го. Но ничего, хотя бы отдалённо напоминающего о взятии к исполнению предписаний под козырёк, не наблюдается. Каким образом будет реставрироваться сильно запущенное помещение не известно. Времени упущено слишком много.

И такое происходит с очень многими ценными старинными объектами: долгие годы там ничего не делается для их сохранения, а потом либо снос и возведение сызнова, как это было с домом Тимашевых на улице Советской, либо…

А недавно в телепередаче «Обратная связь» региональный министр культуры Евгения Шевченко на мой вопрос о том, как могло случиться, что здание «Гостиного Двора» (до конца 90-х там находился Оренбургский шёлковый комбинат «Тексорен», при котором строение, кстати, не разрушалось, как при новых хозяевах) со стороны улицы 9 января явно приходит в аварийное состояние? Часть этого объекта культурного значения года три назад и вовсе была снесена в угоду оборудования кованных ворот, а один из оконных проёмов на втором этаже сильно просел и грозит обвалом. Но министр сослалась на то, что с 2019 года у неё уже нет компетенций отвечать на такие вопросы, а связь с государственным органом в сфере охраны объектов культурного наследия прервалась, теперь эти полномочия полностью перекочевали в другое ведомство. Она даже заявила, что не уверена о какой именно части здания я говорю. Правда обещала передать обращение по назначению.

На что хочется сказать: а чем вы, Евгения Валерьевна, занимались до 2019 года и может быть вы живёте не в Оренбурге, а в каком-то другом городе, если не в состоянии сразу понять о какой именно проблемной части знаменитого здания идёт речь?… А теперь уж конечно, чего там, пускай другое ведомство исправляет накопленное…

В гораздо худшем положении помещение «ликёрки» на Чичерина, 1, являющееся памятником архитектуры XVIII – XIX веков, в котором жил завод, а теперь завывает ветер. При безразличном отношении власти оно в любой момент может исчезнуть. Ведь пару лет назад уже горело.

И мне смешно и грустно видеть на полуразрушенных, заброшенных старинных постройках, где пару, тройку десятилетий назад кипела жизнь, таблички с надписью: «Охраняется государством». Они мне напоминают одинокий шлагбаум в пустыне, на котором написано: «Проход запрещён»…

Подобное отношение к делу ответственных органов и лиц очевидно ставит ценные объекты под угрозу разрушения временем ли, погодными условиями или вандалами. Под уничтожением ведь может рассматриваться не только действие, но и бездействие.

Газета «Оренбургская правда» направила запрос в прокуратуру Оренбургской области с просьбой провести необходимые проверки. Мы непременно опубликуем результаты рассмотрения нашего запроса.

А пока должны признаться в том, что постперестроечный режим, как лакмусовая бумажка, проявил каждого гражданина нашей страны на хорошее и плохое. При всех бедах, есть в постигшей нас беде что-то правдивое, позволяющее увидеть: кто есть кто?

Яна Юрьева. Фото автора